Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд icon

Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд

НазваниеПсихология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд
страница1/7
Дата конвертации01.12.2012
Размер0.89 Mb.
ТипРеферат
  1   2   3   4   5   6   7

www.koob.ru


Психология в психиатрии** Берлин, 1927 г.

Артур Кронфельд

Начало см. НПЖ, 2001,4,6 - 11,2002,1,7-12. Перевод Б. Г. Кравцова Реферат Б. Г. Кравцова

3. Индивидуализирующая точка зрения исследования сводит вместе весь опыт знания о ненормальной психике, как о чем-то таком, что имеет индивидуальные детерминанты, с "прицелом" на индивидуальность в ее сущностей единичности. Изучение психических явлений в вышеперечисленных направлениях имеет одну общую черту: отдельные психические явления приводятся в соответствие с индуктивными законами, учитывающими сходство и воспроизведение. При этом с психическими явлениями поступают точно также как и с физическими, руководствуясь естественнонаучными принципами. И описание явлений зависит от точек зрения, которые неизбежно сужают наше знание о явлении. Тоже самое можно сказать и о ненормальных психических явлениях. Эта область оказывается шире, чем сфера психологических точек зрения в ее исследовании.

Два обстоятельства уже упоминались.

1. Описательная психология, как бы не приближалась к Я, не дает возможности определить его научно и понять его взаимосвязи (имеется в виду научное понимание) с отдельными феноменами.

2. Механический подход к пониманию психических процессов всегда сопряжен с их потерей в силу неизбежного схематизирования.

Психическая жизнь — есть сущностный признак индивидуальности. Индивидуальность отражает свою собственную сущность. Вся необходимость и тем самым предпосылки для истинного знания о ней содержатся прежде всего в индивидуальности, проявления которой переживаются.

При таком положении вещей неизбежен вопрос, является ли задачей психологии как раз сущностное понимание самой индивидуальности. Мы знаем о ней "по" ее психическим проявлениям и "через" ее психические проявления, но с другой стороны, она имеет норму или закон, согласно которому психические процессы представляют ее или подходы к ней, утверждают ее необходимость и бытие, и силу. Как раз то, что не входит в задачи изучения душевной жизни, и представляет собой норму и правило каждого психического проявления индивидуальности; эти проявления можно ли сравнивать друг с другом в качестве случайных феноменов и из этого выводить нечто общее? Не затушевывается ли при этом индивидуальная психическая жизнь? Наоборот, не следует ли направить внимание на индивидуальное, стоящее за этим общим, что отличает ее от всех других Я, выделяет ее, и в этом выделении делает ее значимой?

Вопрос заключается в следующем: может ли осуществиться подобное исследование в системе научных знаний. Исследование, которое ставит себе такую цель, должно быть ориентировано противоположным образом в отличие от обычных научных методов. Если исследование производится с целью понять сущность единичного, неповторимого, то оно со своими специфическими средствами вступает в абсолютное противоречие со всеми способами познания природы, которое предусматривает подчинение отдельных явлений общему закону. Исследование индивидуальности должно идти противоположным путем, если такой путь возможен.

а) Понимающая психология и структурная психопатология

Было бы очень просто результаты сопереживания принять за научные факты и дальнейшую разработку ограничить упорядочиванием и построением структуры переживания в таком виде, в каком оно действительно выявляется в данном конкретном Я. Можно было бы предположить, что этим путем, мы получим верное описание структуры этого Я в его своеобразии. Что и делали представители значительного исследовательского направления в психологии и в психопатологии. Эти авторы представляли процессы сопереживания в виде особого способа познания психических явлений, который был назван пониманием (Dilthey, Jaspers, Spranger, Schneider). Под этим способом знания понимается неконечная, далее ни к чему не сводимая форма знания, — этот способ имеет такую же познавательную ценность, как и любой другой способ наблюдения (например, способ наблюдения внешней природы). Понимание является подлин-

но познающим отношением одной души к другой; его результаты не нуждаются в дальнейшем основании. Они своеобразным образом являются непосредственно достоверными. Пониманию оказываются доступны не только состояния чужой психики, но и способы психических взаимосвязей, происхождение одного от другого, значения и мотивации. Интрапсихические взаимосвязи не подчиняются закону причинности и имеют иную форму, определяемую отношением к Я.

Без сомнения здесь речь идет об индивидуальной психологии, которая в своих тенденциях полностью принимает объединяющее учение о психике. Возражение, которое можно здесь привести, в первую очередь направлено против качества знания, достигаемого путем понимания (Kronfeld, Koffenschtein). Возражение выступает против положения о том, что психические взаимосвязи подчиняются всеобщему закону причинности. На самом деле нельзя говорить, что мотив является источником чувства, реакции или поведения. Мотив нельзя от них отделить, чего-либо другого сказать о причине мы не можем. В том смысле, в каком связывают поведение с мотивом, как признак со значением, в этом смысле существует однако еще нечто, что имеет к причинности особое отношение, — это обусловленность Я отдельных психических процессов, и в этом заключается проблема. Но проблема не решается, когда она просто декретируется следующим образом: мы только "понимаем" смысл, и такое понимание не нуждается в дальнейшем научном критическом обосновании. Вернее сказать, что мы, как обычно думают о понимании, не можем понять взаимосвязи чужой психики с той же непосредственностью и очевидностью, с какой мы понимаем состояния чужого Я. Взаимосвязи, как уже было указано выше, требуют рефлексирующих выводов. Поэтому значение понимания в качестве источника познания ставится под вопросом.

Наконец, понятие структуры в данном учении оказывается неустойчивым. Структура является формальным законом для психической картины, ее общим характером, коррелятом осуществления, соответствующего ее образу. Конечно, такую структуру следовало бы определить индивидуально, но этого совсем не требуется для определения ее сущности. Структура, например, воспринимаемого образа, при абстрагировании от всего индивидуального, является типологической. Таким образом, имеются структуры, которые ни в коем случае нельзя определять индивидуально.

Практическое осуществление понимающей психологии плодотворно выступает в педагогике, в психогигиене, а также в психопатологии. И ничего нельзя сказать против, — так как теоретические сомнения не обязательно мешают практическим осуществлениям. Но это практическое осуществление является ничем иным, как первичным упорядочиванием и типи-зированием текучего опыта человеческого знания на

основе сопереживания. Глубже и выразительней, чем ученый, так действует художник, работая над новеллой или романом. Там, где подобная попытка выступает в виде преднаучного изучения для того, чтобы стать наукой, она получает небольшие и абстрактные результаты. Конкретные данные, полученные на этом направлении, очень незначительно удовлетворяют обширным программным и методологическим притязаниям. С другой стороны, при данном подходе психиатрам можно было бы глубже и обширнее понять многое из области ненормальной психики, чем с помощью методов естественнонаучной психологии.

Должно быть ясным только одно, что речь идет о донаучном изучении психологической установки на чуждое психическое, которая тесно примыкает к сопереживанию.

б) Феноменология

Можно в качестве основной линии познания психики принять максимально возможное сведение психического к его сути, какой она оказывается в индивидуальном сознании. То есть речь идет о понимании имманентно-сущностного в психике индивидуального сознания.

Если мы попытаемся определить данную исследовательскую установку в терминах феноменологии, то мы выберем только одно из значений этого понятия. Феноменология в данном случае означает эмпирический психологический способ наблюдения с помощью особой методики. (Современные феноменологические школы используют не только эмпирический способ наблюдения, было бы ошибкой его использование применительно к априорной, духовной интуиции).

Феноменология есть и хочет быть способом познания психического; она не идет дальше к объяснению, таким образом не достигает стадии классификации.

Как уже было сказано, это направление описывает то имманентно-сущностное в психике, что индивидуализируется в сознании. Феноменология охватывает по возможности адекватными способами явления такими, какими они являются. Следует оговорить, что она не нуждается для своих понятий или способов описания в каких-либо фундаментальных теориях. Ее адепты только спрашивают, что является имманентно-сущностным в индивидуальном сознании для появления в нем феномена и его способа формирования. При этом происходит отказ от всех вспомогательных теоретических конструкций; данное описание хочет быть претеоретическим. Оно хочет быть как можно более полным и индивидуальным.

Для пояснения приводится пример восприятия объекта — косули. Можно описать это восприятие, обращая внимание либо на его содержание, либо на существующие в нем функции. Ни то, ни другое объективизирующее описание не является предметом внимания феноменологии. Оно направляется на "все, что связано с переживанием косули в индивидуальном сознании" (L. Binswanger).

В сфере ненормальных переживаний этот метод имеет особенно обширные притязания (Kronfeld, Zen-tralle. f.d. des. Neurol. u. Psycholog. Bd 28,1924. Там же библиография патопсихологической, феноменологической литературы). Именно здесь это направление может рассматривать психические явления в самом индивидуальном проявлении, так сказать "изнутри".

в) Проблема "индивидуального закона" (историческая психология)

Наука об индивидуальном прежде всего спрашивает, что в индивидуальности является существенным. Очевидно это то, что отличает ее от других. При этом под индивидуальным законом понимается то, что обусловливает принадлежность всех индивидуальных свойств к личности их носителя. Со времени Rickert, Windelland, Troeltsch, Max Weber это понятие пытаются рассмотреть логически и критически. Здесь речь идет не об обобщенном правиле, но об индивидуальной необходимости, об отпечатке личности, — речь идет об отношении индивидуального в его особенном значении к норме; не к статистической норме, которая выводится из совокупности индивидуальных случаев, а к норме, которая как раз и придает ценность личности, как нечто, выходящее из рамок, и что ее отличает от всех других, — это норма тетическая (категорическая?) или ценностная. И цель науки, изучающей эту норму, это попытка понять именно значимость индивидуальности и ценность, определяемую этой значимостью, как некий сущностный закон, "собственно" необходимость индивидуальности и начало, определяющее индивидуальность.

Такие попытки предпринимала история, представляя исторические личности. В ее изображении они были всегда отличны и неповторимы. Конечно историки не пытались охватить психические процессы во всей полноте, так как их герои рассматривались с исторической точки зрения. Таким образом конструировались идеальные типы на основании одного выделенного признака в противовес всем основным. Так

Катон оказался бескорыстным, неумолимым ригористом, а Цицерон ловким трусливым оппортунистом.

Эти образы идеальных типов сами по себе содержат некоторое содержание понятия, а именно — понятие индивидуальности. Оно предусматривает использование эмпирического материала, но при этом результаты оказываются в идеальной сфере, которая не соответствует эмпирике. Содержание понятия индивидуальности берется в качестве систематической основы для истории, и также принимается во внимание в других науках. При этом разделяют абстрактное понятие для историков от конструктивного для социологов, — например, понятие homo oeconomicus вообще не соответствует реальности. И утверждают, что типологические понятия, в частности, в психиатрии будто бы построены по схеме идеальных понятий индивидуальности. Против логических и теоретических субструктур этого содержания понятия выступил Bergmann. Действительно, оценочная шкала, относительно которой осуществляется такое понимание личности, является субъективной, то есть ее основания заложены в личности исследователя, например, историка. Историк проецирует свои нормы на действительность.

Вообще индивидуальность может пониматься тогда, когда она осуществляет свою идею, свой идеальный тип, когда она является носителем или символом особенного духа или смысла.

Практика подобного рода исследовательского направления в психиатрии не представляется затруднительной. Психопатические личности, аномалии интеллекта или характера, позволяют, исходя из данного опыта, идеально-типологические формулировки идеально-значимых типологических акцентов. Все же труднейшим вопросом является следующий: является ли подобного рода установка строго научной. В этом нет объективной уверенности, так как всегда личность наблюдателя играет существенную роль в формировании идеального понятия индивидуальности, и этот момент является чуждым для науки.


К патофизиологии униполярной эндогенной депрессии (обзор)

Е. Гинзбург (Израиль)

Прежде всего, приношу извинения за излишнюю категоричность суждений и схематизм. При обширности темы и размерах журнальной статьи это неизбежно.

Далее и везде слово депрессия означает — униполярная эндогенная депрессия.

Кто болеет униполярной эндогенной депрессией? Как правило, болеют люди экстравертного типа со строгой праворукостью (1-3). Moskovitch приводит данные, что из 52 женщин, больных депрессией, все были строго праворукими. Генетика праворукости связана с нейроанатомией речи (4). В популяции — праворуких 90 %. От общего числа праворуких, строго праворуких ~ 10 % (4,5). Среди женщин число праворуких больше 95 % и женщины чаще болеют депрессией. В норме существует латерализация функции между левым и правым полушариями. Основные латерализованные функции левого полушария: речь, абстрактное мышление, моторные программы, принятие решений и планирование действий. Правого:

перцептуально пространственное умение, определение незнакомых лиц, манипуляции в пространстве, первоначальное внимание (настороженность), просодия (не целиком). В интересующем нас аспекте у строго праворуких экстравертов (если вспомнить их характерные черты), доминирующее левое полушарие должно, в основном, определять их поведение. Показано, что у лиц, перенесших комиссуротомию, правое полушарие (без речи) способно выполнять только самые простые задания. Возможности его сильно ограничены, и эти люди при заданиях, направленных к правому полушарию, не способны выполнить даже те, с которыми справляются обезьяны (4).

В аспекте депрессии особенно интересна проблема латерализации эмоций. Клинические наблюдения над неврологическими больными с повреждениями соответственно правого или левого полушария, толковались как свидетельство латерализации эмоций. Правое полушарие активируется преимущественно при эмоциях. Существует поляризация: правое полушарие задействовано при негативных эмоциях, а левое — при позитивных (6, 7). Сильным аргументом в этом отношении был факт частого развития депрессии при повреждении левого полушария. И это трактовалось как высвобождение ингибированного до того правого полушария (с негативной эмоциональностью). То есть симптоматика имела контрлатеральное происхождение (8, 9). Lipsey et al//(10, 11). Было

показано, что в этом случае частота и тяжесть депрессии коррелирует не с размерами повреждения, а с расстоянием между передним краем Prefrontal cortex и границей повреждения, так что чем ближе повреждение к переднему краю, тем чаще и тяжелее депрессия. Таким образом, депрессия здесь имеет ипсилатераль-ное происхождение. Важно, что повреждения левой Prefrontal cortex оказывается достаточным для вызывания депрессии.

Недавние исследования не подтверждают латерализации эмоций. Изучение лиц после комиссурото-мии показало, что оба полушария могут медиировать все эмоции, но в то время как немое правое полушарие их переживает, левое еще и вербализирует их (4). Исследования с применением позитронной эмиссионной томографии (PET) показали, что левое и правое полушария активизируются оба, как при негативных, так и при позитивных эмоциях, и ни о каком поляризованном распределении эмоций говорить не приходится (12-15).

Тем не менее, возможность латерализации поведения не опровергнута.

II

Есть два субъективных источника поведения: неудовольствие, которое требует действий, и удовольствие, которое требует повторения. Речь идет не только о чувственных удовольствиях, но и о духовных. Важно только, чтобы эти последние воспринимались как удовольствие. Внимание экстраверта сосредоточено только на тех объектах, которые могут служить источником наслаждения. Содержанием его сознания являются эти найденные им объекты удовольствия, остальные он игнорирует. Все это общеизвестно. Он ищет то, чему можно дать позитивную оценку. Содержание его сознания определяется побуждением. В работах Davidson et а1//(1б - 17) показано, что у лиц с поведением "достижения" переживание позитивных эмоций связано с большей активацией левой Frontal cortex (ЭЭГ). У лиц с поведением "удаления" негативные эмоции сопровождаются большей активацией правой Frontal cortex. Однако, недавние исследования эмоций (PET) показали, что из всех частей Frontal cortex при эмоциях активируется только одна — medial prefrontal cortex — билатерально, симметрично с обеих сторон, при всех эмоциях, независимо от их знака (12-15). Это говорит против интерпретации Davidson.

Большая часть frontal cortex — ассоциативные области, несущие когнитивные функции. В этой связи более резонно предположить, что разница в актива-

ции обусловлена разницей в когнитивной оценке тех видеокартин, которыми вызывались эмоции. В этом случае позитивная оценка связана с активностью левой frontal cortex, а негативная — с правой. Это деление может быть обусловлено различием в восприятии. Правое полушарие имеет глобальное восприятие (гештальт), а левое — локальное (18 - 22). Категоризация на плохое и хорошее одна из самых первых категоризации, если не самая первая.

Представляется, что к депрессии склонны те, у кого отсутствие удовольствия переживается как неудовольствие. Имеет значение и образ мышления у чувственных экстравертов. Это так называемый стратегический стиль (de Sousa 23), цель которого направлять мир в разум (для извлечения из него наслаждения) в противовес когнитивному стилю, где разум направлен в мир.

Мир человека — это определенный порядок. В повседневной жизни мало места для удовольствия. Занятия, в которых экстраверт проводит время, в лучшем случае воспринимаются как нейтральные. Природная сосредоточенность на удовольствиях закрывает для него большую часть мира и лишает его возможности выхода. Безразличные по своей природе занятия взамен удовольствий, через короткое время становятся неприятными. Неприятная работа не может исполняться автоматически. Она требует напряжения, постоянного напряжения воли. Если так продолжается достаточно долго, то это путь к депрессии. И плохо тому, у кого эта воля есть. Под работой в данном случае понимается не только служба, но и любая деятельность, имеющая постоянный характер и продвинутая во времени.

У думающего экстраверта стиль мышления когнитивный. Поэтому возможности для выхода у него больше. Однако имеется общая черта: нет удовольствия — есть неудовольствие, и сходные условия существования могут привести к депрессии.

Суждение, выносимые экстравертом и интровер-том, субъективны. Это не когнитивная оценка, а стратегическая. Чувственный экстраверт извлекает из объекта черты удовольствия, игнорируя другие. Выбирает нужное, отсекая ненужное. Его оценка, как правило, позитивная в случае свободной воли, когда он сам выбирает объект и ситуацию. Интроверт берет то, что негативно, и его оценка, как правило, пессимистическая. В обоих случаях видна преднамеренность, и оба эти суждения субъективны. Но они привносят в объект тот смысл, которого в нем изначально нет. Утрата активности при депрессии приводит к потере этого смысла, и той пустоте внутри, о которой писал Фрейд. Но субъективное еще не означает неверное, оно может быть вполне верным, особенно пессимистическое.

Снижение функции левого полушария может привести к сдвигу в сторону пессимизма. Особенно наглядно это в случае экстраверсии со строгой правору-костью, т.е. тех, кто болеет депрессией.

III

Одна из ядерных черт депрессии—ANHEDONIA— отсутствие удовольствия. Есть два удовольствия — удовольствие созерцания и удовольствие обладания. Удовольствие обладания достигается действием. Очень схематично: сенсорная информация сходится в orbitofrontal cortex (29 - 32), где проходит первоначальная оценка на наличие успеха. В этом процессе принимает участие и amygdala. В кооперации amygdala, medial prefrontal cortex и ряда других структур, оценка эта трансформируется в специфическую эмоцию (32 - 37), характер которой определяется объектом. Эта эмоция уже требует действий. Все действия совершаются с участием dorsal striatum. В случае эмоционально заряженных действий, ситуациях с возможным успехом, в новом окружении, в случае опасности вовлекается ventral striatum, основная часть которого Nucleus accumbens (N. Acb) (38 - 44). Основные клетки в N. Acb — medium spiny neurons имеют очень низкую спонтанную активность и сами по себе не могут быть источником какого-либо процесса (45). Эти нейроны активируются глютаминоэргическими аффе-рентами из medial prefrontal cortex, amygdala и hippocampus, которые несут в N. Acb эмоционально-когнитивную информацию (45 - 46). Значение активации medium spiny neurons в N. Acb на настоящий день остается неясным. N. Acb получает также проекцию от допаминэргической Ventral tegmental area (VTA). VTA активируется стимулами, имеющими повышенное значение, которые для достижения успеха необходимо действие, и стимулами с вредоносными свойствами (47 - 55). Важно то, что когда успех становится привычным и ожидаемым, допаминэргические нейроны в VTA больше не активизируются этим стимулом (56 - 58). Активность нейронов в VTA сопряжена с увеличением концентрации допамина (DA) в N. Acb и prefrontal cortex. Введение кокаина и амфета-минов повышает уровень DA в N. Acb. С несомненностью установлено, что DA в N. Acb опосредует удовольствие от психостимуляторов, взаимодействуя с D2 и D1 рецепторами (59 - 63). Есть достаточное число экспериментальных данных, что DA в N. Acb медии-рует удовольствие от натуральной "награды" (64 - 72) (пища, питье, секс) и при этом также повышает уровень DA в N. Acb.

Повторное введение животным психостимуляторов и опиатов приводит к повышению чувствительности к ним (сенсетизация) (73 - 76). Предполагается, что механизм сенсетизации лежит в сновании лекарственной зависимости. Уже говорилось о глютами-нэргических проекциях к N. Acb. от corticolimbic структур. Активация этих областей может активировать также medium spiny neurons в N. Acb. Это происходит в ситуации ожидания "награды", во время действий, совершаемых для достижения "награды", во время вредоносных воздействий (77 - 79). Нейрона-

льная активность сходит на нет по достижении успеха и при избавлении от опасности (39 - 41).

Прекращение нейрональной активности в N. Acb. совпадает с окончанием процессов побуждения и действия и наступлением удовольствия от "награды", которая медиируется возросшей концентрацией DA в N. Acb.(она повышается только после прекращения активации). (80-84). Повышение это сохраняется минут 40 - 50 (83). Подобно другим лекарствам, вызывающим зависимость (алкоголь, психостимуляо-ры, опиаты, бензодиазепины), DA для реализации своего эйфорического эффекта вероятнее всего должен вызывать ингибацию нервной активности (85 - 92). Он этим свойством обладает. Это его основное действие (93 - 98). Но в этом случае эффект успеха может быть реализован только со снижением активности medium spiny neurons в N. Acb. Соответственно вредоносное воздействие, уходя, оставляет после себя в качестве успеха — удовольствие от избавления, вплоть до эйфории (99).

Для развития сенсетизации и пристрастия недостаточно одного изменения DA трансмиссии. Необходимо участие глютаминэргического механизма. Фармакологическая блокада glutamat рецепторов или повреждение medial prefrontal cortex (имеющую глю-таминэргическую проекцию к N. Acb.) предотвращает развитие сенсетизации (73 - 75).

Сравнение между самовводящими амфетамин и пассивно получающими его крысами, показало, что повышение DA уровня в N. Acb. значительно больше у самовводящих (100 - 102). Ясно, что одного DA механизма недостаточно для получения удовольствия и развития пристрастия. Необходимо желание, т.е. то, что заставляет крысу нажимать рычаг, и само действие. В этом отношении примечательно, что электрическая самостимуляция VTA у крыс вызывает эйфорию, в то время как пассивная стимуляция (экспериментатором) с теми же параметрами не только не вызывает эйфорию, но воспринимается как вредоносное воздействие. И это притом, что биохимические изменения в обоих случаях одинаковы (103 - 105).

В аспекте желания интересны исследования так называемой кокаиновой "жажды", вызванной презентацией символа, связанного с кокаином. С использованием методов PET и FMRI показано увеличение активности и кровотока в Limbic и Neocortical областях с выраженной левосторонней латерализацией. И если Limbic области могут обеспечивать эмоциональный тонус желания, то Neocortical dorsolateral prefrontal cortex вовлекает процессы внимания и памяти (85, 106 - 109). Интересно, что почти те же области мозга активируются и сексуальным желанием. Таким образом, нервный круг, вовлеченный в кокаиновую "жажду", не является специфическим, а есть частный случай нервного круга желания, связанного с "наградой". Желание активирует также те области, которые посылают глютаминэргические проекции к N. Acb. и

VTA*. Желание, хотя оно и является необходимым на пути к удовольствию, само ничего приятного не содержит. Оно воспринимается как напряжение, от которого стремятся избавиться, переходя к действию по достижению объекта. Действие и ожидание (активизирующие нейроны в N. Acb.) являются следствием желания. Желание умирает в тот момент, как объект достигнут.

Наступающий после этого подъем DA в N. Acb. приносит удовольствие, которое многократно умножается контрастом между напряжением желания и умиротворением удовольствия. Полноценное удовольствие невозможно без желания и действия. Надо найти объект. Необходимо действие, чтобы овладеть им. Необходимо желание и действие, чтобы поднялся уровень DA в N. Acb. И только доведя действие до конца, приходят к удовольствию. Допамин служит "наградой" настоящему действию и мотивирует последующие. Повышение DA в N. Acb. при опасности (48, 49, 54, 110-113) поставило под сомнение его роль как медиатора "награды". Berridge and Robinson и Berridge et al//(l 14 - 115) считают, что DA не является носителем удовольствия и удовольствие не вызывает. Он является агентом, придающим внешнему стимулу мотивационные свойства. Однако, если до-памин не вызывает удовольствия, у него не может быть мотивационных свойств.

Berridge приводит примеры удовольствий, в которых DA не принимает участия (введения в рот младенцам и крысам растворов с приятным и неприятным вкусами). Но это удовольствия от восприятия. Для своего претворения оно не требует действий. Это пассивно получаемое удовольствие. За ним не стоит желание. Во всяком случае, это не "награда" за что-то. И нет ничего удивительного, что это другой нервный круг.

Депрессию принято относить к расстройствам настроения. Настроение обычно рассматривается с феноменологической стороны, не углубляясь в его сущность. Зачастую оно отожествляется с эмоциями (116—118). Эмоции имеют объект. У настроения объекта нет. Оно скорее идет изнутри. Вся первичная активность (аппетит, жажда, секс) сопряжена с настроением. Чем настроение выше, тем эта активность больше. Эмоции более преходящи, а настроение более стабильно. Оно скорее черта характера, чем реакция на что-то. Оно может иметь другую, чем эмоции природу.

Феноменологически повышенное настроение проявляется как позитивный аффект. Его основные проявления: активность, энергия, наличие интереса, энтузиазм, вкус к жизни, удовольствие от действий. Flor Henry (119) отмечает повышенную двигательную активность, самоуверенность, т.е. поведение, подобное экстравертному.

* Medical prefrontal cortex amygdala

Активность и удовольствие — два проявления действия DA. Позитивный аффект связывают с повышенным содержанием DA (активностью) в N. Acb. (120). И если высокая концентрация допамина в определенных условиях вызывает удовольствие, то отсутствие допамина может вызывать дисфорию. По крайней мере, у экстравертов.

Высокое содержание DA может поддерживаться только действием, непрерывной активностью. В этом отношении интересны результаты, полученные Wise etal//(63). Самовводящие кокаин крысы нажимали рычаг, когда уровень DA в N. Acb. снижался до определенной, всегда одной и той же отметки. При депрессии уровень HVA (гомованильная кислота) основного метаболита в СМЖ как правило снижено.

Симптомы депрессии, связанные с отсутствием позитивного аффекта, выражаются в потере интереса и удовольствия, апатия, безнадежность, утомление, летаргия и психомоторное замедление. Депрессия коррелирует только с отсутствием позитивного аффекта. Она не коррелирует с общеневротическими симптомами (негативный аффект), ни с симптомами тревоги (121). Потеря активности в депрессии приводит к дисфории. Дисфория при тяжелой депрессии не носит характера какой-либо эмоции (горе, печаль, отчаяние) — это именно дисфория. Она практически неотличима от дисфории при удалении от наркотиков (122) (персональные наблюдения). И если это так, то дисфория должна иметь в основе допаминэргический механизм, — вернее отсутствие такового. После дисфории самое тяжелое при депрессии это действие. От него уклоняются, его избегают, как только можно. И если что-то приходится делать, делается это с большим трудом, с напряжением всех сил (какие остались). Бессилие — основная характеристика депрессии (123).

IV

Уже упоминалось об органических изменениях, которые могут приводить к депрессии. Это повреждение левой Prefrontal cortex (другие повреждения выходят за рамки статьи).

В 80-е годы появилась возможность прижизненно установить нервные структуры, связанные с процессом депрессии. Это стало возможно с использованием методов позитронно-эмиссионной томографии (PET) и ядерного магнитного резонанса (f. MRI). Истолкование результатов осложняется тем, что наблюдаемые сдвиги в уровне функционирования различных участков мозга незначительны по величине. Не представляется возможным оценить такие параметры как чувствительность и специфичность метода (124). Частично это связано с большой вариабельностью результатов. Одна и та же область может в одном исследовании быть активирована, а в другом ингибирована. Вероятное объяснение для этого — гетерогенность

самой депрессии, наличие или отсутствие медикаментозного лечения и другие привходящие обстоятельства. Все это может влиять на результаты. Но проведены многочисленные исследования и были сделаны определенные выводы (124- 126). Для так называемой большой депрессии наиболее характерным является снижение функции и, соответственно, кровотока в Prefrontal cortex с обеих сторон и в Basal ganglia (caudate nucleus). Причем снижение функции и кровотока зачастую более выражено в левой Prefrontal cortex, чем в правой (127 - 144).

J. В. Henriques etal//(145) было показано в ЭЭГ исследованиях, что при депрессии происходит снижение активности левой frontal cortex по сравнению с правой. М. Liotti et al//(146) считает, что наиболее характерной чертой униполярной депрессии является снижение функции dorsolateral prefrontal cortex. В исследованиях, проведенных ее группой и другими авторами (117, 147) показано, что снижение функции в dorsolateral prefrontal cortex и anterior cingulate может сопровождаться увеличением функции и кровотока в orbitofrontal cortex, inferior frontal gyms, ventrolaretal prefrontal cortex. Увеличение отмечается так же в insu-1а и amygdala. Mayberg et а1//считают, что существуют реципрокные взаимоотношения между снижением функции когнитивных областей и повышением функции и кровотока в limbic и paralimbic структурах. Когнитивные области связаны с генерацией внимания. Mayberg et а1//высказывают мысль, что уменьшение внимания в депрессии может быть связано со снижением настроения. Было показано, что после лечения увеличивается кровоток в neocortical областях и уменьшается в limbic и paralimbic (147, 148). Scares и Mann приходят к заключению, что есть корреляция между снижением функции dorsolateral prefrontal cortex (DLPFC) и выраженностью ментального замедления и снижения настроения. Снижение настроения и ментальная заторможенность — характерные черты эндогенной депрессии. Функция DLPFC состоит в когнитивном обеспечении действий.

V

Излишне говорить о важности серотониновой системы мозга для депрессии. Патофизиологический механизм, который обуславливает роль серотонина (5НТ), не известен. Серотониновая система мозга состоит из нескольких ядер в стволе мозга, главные из которых median и dorsal raphe Nuclei, имеют проекции практически ко всем областям переднего мозга. Серо-тонин (5НТ) играет нейромодуляторную роль, подобно норадреналину (NA), ацетилхолину (АсП) и гиста-мину (НА).

В состоянии неактивного бодрствования (5НТ) нейроны разряжаются с ритмом 1 - 3 снайка/сек. В состоянии сна эта частота уменьшается, а в КЕМ сон активность полностью прекращается, как и актив-

ность норадренергической Locus coeruleus. В бодрствовании частота разрядов зависит от общего уровня активности (моторной). Окружающие воздействия незначительно отражаются на частоте снайков (149- 150). Увеличение содержания (5НТ) происходит в различных участках переднего мозга в ответ на самые разнообразные воздействия. Но здесь нет специфического аспекта воздействия, такого как стресс, питание, боль или моторной активности, которые определяют высвобождение 5НТ. Но скорее величина 5НТ ответа отражает степень, в которой это воздействие активирует поведение (151).

Обезьяны со сниженной функцией (5НТ) системы отличаются импульсивностью, агрессивным поведением и социальной изоляцией (152 - 154), т.е. дисин-гибированным поведением, мало приемлемым в социальной общности. Помимо этого, у экспериментальных животных было показано снижение поведения "избегания". В своей активности они не считаются с грозящим им "наказанием". Soubrie (155), оценивая влияние снижения серотониновой трансмиссии на поведение, отмечает его переход от более примирительного (социального) к более агрессивному, радикальному, не планируемому. Обезьяны показывают поведение, которое обычно ингибируется. Soubrie делает вывод, что (5НТ) система ингибирует текущее действие, когда оно не осуществимо. Например, действия по достижению "награды" в случае непреодолимых препятствий. Но (5НТ) система, блокируя действия, не приводит к фрустрации, делает организм толерантным к ней. Лучше переносится также промедление с началом действий. Эффект можно определить как толерантность к бездействию. Сниженная 5НТ трансмиссия имеет место при удалении от психостимулянтов, алкоголя и бензодиазенинов. Этот дефицит обращается острым введением этих медикаментов (122). Известно, что прием ингибиторов обратного захвата серото-нина приводит к уменьшению потребления алкоголя (156). Т.е. субъективно дисфорические состояния коррелирует со сниженной 5НТ трансмиссией. Повышение этой нейротрансмиссии совпадает с обращением дисфории. Показано, что при экстраверсии в ее разновидностях: поиски новизны, поиски ощущений имеет место повышение активности допаминэргиче-ской системы и снижение активности серотониновой (157- 158). Здесь может лежать причина характерной для них импульсивности.

Известно, что люди этого типа плохо переносят бездействие и отсутствие того, к чему они стремятся. Это вызывает у них дискомфорт и даже легкую дис-форию. У них нет толерантности к бездействию. Чтобы хорошо себя чувствовать, им нужна непрерывная активность (см. выше). Способность серотонина создавать толерантность к бездействию и блокировать дисфорию может быть одной из сторон терапевтического эффекта ингибиторов обратного захвата серотонина. Снижение функции 5НТ системы в депрессии

показано различными методами в многочисленных исследованиях. Важно то, что снижение 5НТ функции сохраняется и в ремиссию. Т.е. является чертой врожденной, а не связанной с состоянием депрессии (159 - 160). Интересное исследование было проведено Katz et а1//(161). Они оценивали влияние ТС А на 5НТ и норадренергическую (NA) системы, параллельно оценивая клинический эффект. Так улучшение функционирования 5НТ системы коррелировало с первичным повышением настроения при незначительном повышении активности. В то время как сдвиги в NA системе коррелировали с первичным повышением активности и последующим вторичным улучшением настроения.

Электрофизиологические свойства 5НТ, аналогичные таковым у NA, могут быть основой его антидепрессивного эффекта.

VI

Нейромодуляторные системы мозга сами не несут какой-либо информации, но оказывают модифицирующее влияние на уже существующую нервную активность. Там, где эта активность есть. Существуют четыре основные нейромодуляторные системы со сходным электрофизиологическим действием на эфферентные структуры.

Системы эти:

Холинэргическая (Ach) с ядрами: NBM (Nucleus basalis magnocellularis, PPT (pedunculopontines teg-mental и laterodorsal tegmental Nuclei).

Серотонинэргическая (5НТ). Основные ядра: Median и Dorsal Raphe nuclei в pons.

Гистаминэргическая (НА) Tuberomammillary nucleus в posterior Hypothalamus.

Норадренергическая (NA). Основное ядро: Locus coeruleus в pons. (L. C.)

Эфферентные проекции от этих ядер иннервиру-ют практически все участки переднего мозга, в том числе и кору (162). Постсинаптические электрофизиологические эффекты этих нейромодуляторов сходны между собой. Происходит ингибация спонтанной нервной активности, в то время как активность, вызванная синаптической передачей, усиливается (163 - 167). Увеличивается отношение приходящего внешнего сигнала к величине внутреннего шума и таким образом повышается информационная ценность этого сигнала.

Hasseimo (168) считает, что с помощью нейромодуляторов нервная активность переключается с внутренней (вызванной из памяти) на активность, идущую извне через восприятие внешнего мира. Другой электрофизиологический эффект нейромодуляторов — уменьшение аккомодации (адаптации). Вызванная электрической стимуляцией нервная активность быстро сходит на нет, несмотря на продолжение стимуляции. Процесс этот называется аккомодацией. Под действием

Е. Гинзбург

А

В

Control Histamine Recovery

•\-. - v-Methacholine

\^\ /w////U jU^i/l^'i Y -' \^ -' \_

Norepinephrine

  1   2   3   4   5   6   7




Похожие:

Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconСовременные проблемы учения о шизофрении
Прошло десять лет с тех пор, как я, следуя приглашению венской клиники, выступал с докладом на ту же тему перед представителями австрийской...
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconПсихология суфизма
Д-р Джавад Нурбахш, глава (кутб) суфийского братства Ниматуллахи, родился в 1927 г в г. Кермане (Иран). Много лет был руководителем...
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconСостояние психического здоровья несовершеннолетних в республике казахстан к. З. Садуакасова
Л. Е. Базарбаева – д м н., заведующая научным отделом социальной и судебной психиатрии Республиканского научно-практического центра...
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconЭ. Г. Эйдемиллер в. В. Юстицкий семейная психотерапия
Эти особенности семейной психотерапии побуждают не­которых авторов считать ее областью не психотерапии, а психиатрии в целом и говорить...
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconДалее опытом динамической психиатрии (в противоположность статиче­ской психиатрии) является то, что диагноз в начале лечения входит к про­цесс и меняется параллельно терапевтическому процессу
От врача требуется также, чтобы он не только ставил диагноз, но и подробно обосновывал его
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconКнига первая 84К1-4 К85 Печатается по: Крыжановская В. И. Эликсир жизни. Берлин, Издательство Ольга Дьякова и Ко. Художественное оформление Э. Зариньша крыжановская В. И. К85 Эликсир жизни. 2-е изд., испр. Рига: Виеда
Печатается по: Крыжановская В. И. Эликсир жизни. — Берлин, Издательство Ольга Дьякова и Ко
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconСтатья метра современной психологии эмоций
Московского Университета (см. «Психология памяти», М.: 1998; «Психология ощущений и восприятия», М.: 1999; «Психология индивидуальных...
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconРамиль гарифуллин психологические расчёты и просчёты нашего времени оглавление психология аэрофобии психология политического блефа психология философов психология
Приемы искусственных скандалов (экономических, политических, семейных, межличностных и т п.)
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconПредмет общей психологии
Юридическая психология. Изучает психику и её особенности у преступников и сотрудников правоохранительных органов. Включает в себя...
Психология в психиатрии Берлин, 1927 г. Артур Кронфельд iconКнига третья (Рочестер)
Печатается с сокращениями по: Крыжановская В. И. Гнев божий— Берлин, «Сфинкс», 1925
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©cl.rushkolnik.ru 2000-2013
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы